Яна Симон: «Речь о важнейших вопросах жизни: о войне, бегстве, социализме, о предательстве, дружбе и любви»

 

В Москве готовятся к переводу „Московские дневники“ классика немецкой литературы Кристы Вольф (1929 – 2011). С презентацией книги - оригинал вышел в издательстве Suhrkamp - в столице побывала журналист и писатель Яна Симон, внучка Кристы Вольф и Герхарда Вольфа.

Дневники охваывают десять путешествий, совершенных в СССР в 1957 – 1989 годах, в большинстве случаев с мужем, писателем Герхардом Вольфом (его комментарии дополняют записи жены). Среди героев – Лев Копелев и Юрий Бондарев, Владимир Тендряков и Макс Фриш, с ним Вольфы познакомились во время путешествия по Волге и с тех пор подружились.

Два года назад Яна Симон опубликовала книгу бесед со своими бабушкой и дедушкой „Будь тем не менее бесстрашна“, сразу ставшую бестселлером. Речь шла о родословной и национал-социализме, деньгах и сексе, эмансипации и успехе. Они длились более десяти лет, Яна начала их в возрасте 25 лет. Как писали рецензенты, в этой книге „перемешиваются частное и политическое, сегодняшние битвы и загробная жизнь замершей утопии“, то есть она обладает тем набором качеств, которые всегда кажутся притягательными для читателя и которых так не хватает в современной российской литературе.

 

 

- Насколько велико сегодня внимание к произведениям из наследия Кристы Вольф?

 

- Уже увидело свет немало книг из ее наследия: рассказ „Август“, который она подарила дедушке на „бриллиантовую свадьбу“ в 2011 году, продолжение „Одного дня в году“ и вот теперь „Московские дневники“. Внимание к текстам, как и прежде, велико, о них много говорят. Кроме того, с 2013 года существует Общество Кристы Вольф, которое занимается ее наследием и постоянно организует связанные с ним мероприятия.

 

- Что было для Кристы Вольф особенно важно в ее восприятии СССР? Можно ли сказать, что сближение со страной завершилось недоверием к происходящему?

 

- Бабушка всегда внимательно наблюдала за происходившим в Советском Союзе, а позднее и в России. В 50-е годы, после ХХ съезда и тайной речи Хрущева, она была поначалу восторженна, но после нескольких поездок наступило быстрое разочарование. В последние годы она наблюдала Россию, где не была после 1989 года, издали. Путина воспринимала скептически.

 

- Неизбежен вопрос об отношениях Кристы Вольф с Гюнтером Грасом. В свое время тот читал в Лейпциге приветственную речь в связи с ее награждением Немецкой литературной премией, поддержал во время дискуссии вокруг ее новеллы „Что остается“, позже вошел в правление общества ее имени... Была ли взаимная симпатия связана и со схожей позицией обоих писателей в обществе – общественно ангажированных, критически мыслящих, что часто в конце жизни означает одиночество. 

 

- Гюнтер Грасс и моя бабушка знали друг друга долгое время, еще до 1989 года они часто виделись и разговаривали. Хотя подружились они уже после падения Стены. В „немецко-немецком“ литературном споре Грасс выступил на ее стороне, поддержав тем самым ее точку зрения. Оба очень высоко ценили друг друга. Долгое время каждый из них, вероятно, играл в своей части Германии схожую роль вовлеченного в общественную жизнь, политически думающего писателя. Правда, в последние годы жизни у бабушки уже не было чувства, что она должна беспрерывно откликаться на общественные события, как Гюнтер Грасс.

 

- Ваши беседы с бабушкой и дедушкой, опубликованные позднее в замечательной, читающейся на одном дыхании книге „Будь тем не менее бесстрашна“, завершились в 2012 году, в типографию вслед за первым был отправлен заказ и на второй тираж. Довольны ли вы тем, как этот сборник бесед оказался принят у вас на родине?

 

- Вышло уже четвертое издание в Германии, она попала в список бестселлеров журнала „Шпигель“, рецензиями откликнулись все крупнейшие масс-медиа. Теперь книга вышла и карманным изданием [высшая степень коммерческого успеха в Европе. - MoReBo]. Мне не на что жаловаться.

Разговоры задумывались как диалог поколений. Речь в них идет обо всех важнейших вопросах жизни: о войне, бегстве, социализме, о предательстве, дружбе и любви. Могу предположить, что подобные «поколенческие проекты» были бы интересны и в России.

 

- Как воспринимается культура ГДР в современной Германии? Преобладают ли здесь клише или есть и другой взгляд на нее?

 

- На такой вопрос невозможно ответить коротко. По-прежнему существует множество клише, иногда справедливых, иногда нет. Здесь мне часто не хватает большей детальности. С другой стороны, история ГДР и ее финал стала сегодня материалом для многих книг, фильмов и театральных постановок. Это материал для хороших, многослойных историй. Таких, например, как фильмы „This aint California“ Мартена Персила, „Когда мы мечтали“ Андреаса Дрезена, книги „89/90“ Петера Рихтера, „Братья и сестры“ Бирка Майнхардта, или выходцы с Востока, такие как группа Rammstein и электромузыкант Пауль Калькбренер, занимающиеся - в широком смысле слова – своим прошлым, успешные на международной сцене.

ГДР, или, лучше сказать, Восток, по-прежнему живы в искусстве и культуре. Я сама работаю с самым разным материалом, связанным с ГДР и ее концом.

 

- Что вы думаете о концепции „третьего пути“ для ГДР, которую поддерживала Вольф?

 

- Бабушка еще в 1989 году подписала призыв „За нашу страну“, в котором шла речь о сохранении реформированной ГДР, о так называемом „третьем пути“. Мне было тогда 17 лет, я не могла разделить этот призыв. В отличие от моих бабушки и дедушки, я не участвовала в строительстве ГДР, лишь наблюдала за ее разрушением. Для меня это была уже страна у финишной черты, я не надеялась на „третий путь“. Я думаю также, в тот момент, в тогдашних экономических и политических обстоятельствах, он был невозможен.

 

Яна Симон приезжала в Россию в рамках Года немецкого языка и литературы.

 

Вечные Новости


Афиша Выход


Афиша Встречи

 

 

Подписка



Новые статьи

Новые книги

Система Orphus