Гончарова Наталия Сергеевна

Автопортрет с желтыми лилиями. 1907–1908 (фрагмент)

Автор текста:

Андрей Сарабьянов

 

3 июля (21 июня) 1881, с. Нагаево Тульской губернии – 17 октября 1962, Париж

Живописец, график, художник театра, книги, прикладного искусства. Первая амазонка русского авангарда, жена и соратница М.Ф.Ларионова, работала во всех стилях от импрессионизма до абстракции

 

Происходила из дворянского рода Гончаровых. Отец Сергей Михайлович (1862–1935), внучатый племянник Н.Н. Гончаровой-Пушкиной, жены А.С. Пушкина, был архитектором и математиком. Детство провела в отцовских усадьбах – Ладыжино, Нагаево, село Лужны. В 1891 переселилась с родителями в Москву и жила, с 1908 вплоть до весны 1914, в доме, построенном по проекту отца (Трехпрудный пер., 2а).

В 1898 окончила IV женскую гимназию. М.И. Цветаева в своем очерке «Наталья Гончарова (Жизнь и творчество)», написанном в 1929 после неоднократных бесед с художницей, указывает, что Гончарова посещала полгода Высшие женские курсы (вероятно, в 1900, когда курсы вновь открылись после долгого перерыва), а потом недолго – медицинские курсы.

В 1901, как вольнослушатель, поступила в МУЖВЗ на скульптурное отделение в класс известного скульптора-импрессиониста П.П. Трубецкого (1866–1938). Тогда же состоялось знакомство с М.Ф. Ларионовым. По одной версии, основанной на воспоминаниях самой Гончаровой, они познакомились в 1901 в Зоологическом саду, куда художница ходила на этюды, как ученица МУЖВЗ. Но в списке работ Ларионова (1913) упоминаются его портреты Гончаровой 1900-го. Следовательно, по второй версии, они познакомились до её поступления в училище, т.е. в 1900-м. Вскоре после знакомства Ларионов переехал на Трехпрудный в квартиру к Гончаровой.

Первые три года в училище (1901–1903) много занималась скульптурой. Созданные ею произведения, скорее всего, послужили материалом для выставки внеклассных скульптурных работ, которую, по свидетельству Эли  Эганбюри и М.И. Цветаевой, Гончарова в 1903 организовала в училище.

После совместной с Ларионовым поездки в Тирасполь и Крым (лето 1903), на один учебный год (1903/1904) оставила МУЖВЗ. По возвращении в училище в 1904 получила малую серебряную медаль за анималистические скульптурные этюды, а следующую аналогичную медаль – также за скульптуру (1907). Но к этому времени интерес к скульптуре пропадает; Гончарова все силы отдала живописи, в чём её поддерживал Ларионов (по свидетельству М.И. Цветаевой, он говорил: «У вас глаза на цвет, а вы заняты формой. Раскройте глаза на собственные глаза»). Недолгое время посещала живописную мастерскую К.А. Коровина в МУЖВЗ, но учёба в училище её уже не увлекла и превратилась в простую формальность. Гончарова перестала вносить плату за обучение, в результате чего в январе 1909 была отчислена. К этому моменту Гончарова – сложившийся художник, уже переживший этап творческого формирования.

Регулярные занятия живописью начались ещё в 1906–1907. Хотя этот период принято называть импрессионистическим, название не отражает всей полноты живописных интересов и поисков Гончаровой. Импрессионизм она воспринимала через Ларионова и под его непосредственным влиянием написала всего несколько импрессионистических полотен («Угол сада». 1906. ГРМ; «Ивы». 1906. ГКГА; «Пейзаж (Пуантель)». 1907–1908. ГТГ). Гораздо серьёзнее, словно в противовес Ларионову, Гончарова увлекается постимпрессионизмом, и в первую очередь творчеством Анри Тулуз-Лотрека. С ним роднит обращение к пастели – неслучайно даже в её первых масляных работах чувствуется знание пастельной техники («Дама с зонтиком». 1906–1907. Частная коллекция; «Натюрморт с белой вазой». 1906–1907. Коллекция Е. и В. Семенихиных). Но в ещё большей степени влияние французского мастера ощутимо в гротескных приёмах, которыми блестяще владеет Гончарова («Цирк»; «В ресторане». Обе около 1907. ГТГ). В отличие от болезненной и едкой наблюдательности француза, для Гончаровой характерна мягкая самоирония («Автопортрет и портрет М. Ларионова в маскарадном костюме». Около 1907. Частная коллекция, Москва).

Период поисков собственного художественного языка (до 1911) поражает многообразием, но в целом большинство её произведений этого времени отличают декоративность и орнаментализм («Сбор плодов». Тетраптих. 1908. ГРМ; «Пейзаж с козами». 1908. ГТГ; «Фрукты и гравюра (В мастерской художника)». 1908–1909. ТулМИИ; «Натюрморт с зелёной бутылкой». 1908–1909. УОХМ).

Увлечение фовизмом, и в первую очередь Полем Гогеном (его ретроспективу Гончарова видела в Париже в 1906), способствовало появлению первых картин «крестьянского» цикла (например, «Посадка картофеля». 1908–1909. Галерея Тейт, Лондон), который завершается в 1911 полиптихом «Сбор винограда» (из девяти частей две утрачены, остальные находятся в ГТГ, ГРМ, Центре Помпиду и Национальной галере Австралии, Канберра).

Неопримитивизм – центральный этап исканий (1909–1911),  в  котором  соединились  и  выкристаллизовались в единый стиль такие составляющие творчества Гончаровой, как народное искусство (лубок, костюм, игрушка) и иконопись. В стилистику неопримитивизма вписывается религиозная живопись Гончаровой, возникшая на волне возрождающегося интереса к древнерусскому искусству и, одновременно, под влиянием М.А. Врубеля. В полиптихе «Жатва» (из девяти частей две утрачены, остальные находятся в ГТГ, КГОХМ, ООМИИ и Центре Помпиду) складывается религиозная иконография  Гончаровой.

В этот период Гончарова участвовала в ряде выставок: МТХ (1905, 1907), Осенний салон в Париже (1906. «Русская художественная выставка», организованная С.П. Дягилевым), «Стефанос» (1907–1908. Москва), «Звено» (1908. Киев), Салоны журнала «Золотое руно» (1908–1909. Москва), Салон В.А. Издебского (1909–1911), «Союз молодёжи» (1910–1913). 24 марта 1910 в Москве в Обществе свободной эстетики состоялась однодневная персональная выставка Гончаровой, в результате которой художницу обвинили в порнографии (за картину «Натурщица (на синем фоне)». 1909–1910. ГТГ), но вскоре оправдали в судебном порядке. Также давала частные уроки в Студии живописи и рисунка И.И. Машкова в Москве (1908–1911).

Начало нового периода в творчестве Гончаровой связано с участием, вместе с Ларионовым, в устройстве первой выставки «Бубнового валета» (открылась 10 декабря 1910), на которой Гончарова выставила тридцать три работы. Однако несовместимость позиций Ларионова (а с ним и Гончаровой) и других организаторов общества (главным образом П.П. Кончаловского) привела к полному размежеванию. Ларионов в конце 1911 создаёт группу «Ослиный хвост», а весной 1912 – одноименную выставку. Гончарова принимает участие в этой и последующих ларионовских выставках «Мишень» (весна 1913) и «№4. Выставка картин. Футуристы, лучисты, примитив» (весна 1914).

В эти годы (1911–1914) Гончарова последовательно проходит все стадии эволюции авангардного искусства, то подчиняясь влиянию Ларионова (в 1912 активно работает в стиле изобретенного Ларионовым лучизма), то дистанцируясь от него в кубофутуризме («Дама в шляпе». 1913.

Центр Помпиду), футуризме («Велосипедист». ГРМ; «Аэроплан над поездом». 1913. ГМИИРТ; обе 1913) или абстракции («Пустота». 1913. ГТГ).

В 1912 начинает работать над футуристическими и рукописными книгами, как в соавторстве (Ларионов и другие), так и самостоятельно. Наиболее известны её литографированные иллюстрации к книгам А.Е. Кручёных и В.В. Хлебникова «Игра в аду» (М., 1912) и «Две поэмы. Пустынники. Пустынница» (М., 1912; помимо иллюстраций Гончарова исполнила литографированный текст).

В 1912 участвует в организованных Ларионовым футуристических прогулках (с раскрашенными лицами) по Москве, а в 1913 – в съёмках футуристического фильма режиссёра В.П. Касьянова «Драма в кабаре №13».

Ведёт активную выставочную деятельность: «Мир искусства» (1911–1913. Москва, С.-Петербург), выставка современной живописи (1912. Екатеринодар), «Синий всадник» (1912. Мюнхен), вторая выставка постимпрессионистов (1912. Лондон), Первый немецкий осенний салон (1913. Берлин). Тогда же состоялись большие персональные выставки в Москве (осень 1913; показано более 750 работ) и Петербурге (весна 1914).

В июне 1913 печатается первая монография о Ларионове и Гончаровой, написанная И.М. Зданевичем (псевдоним Эли Эганбюри). В ноябре того же года Зданевич читает лекцию о творчестве Гончаровой, в которой анализирует его с позиции всёчества.

Находящаяся на пике славы (интервью, статьи, шаржи в прессе), Гончарова получает приглашение от С.П. Дягилева принять участие в его театральной антрепризе и уезжает с Ларионовым весной 1914 в Париж для работы над декорациями к балету «Золотой петушок» (о театральных работах см. статью «Сценография М.Ф. Ларионова и Н.С. Гончаровой» в наст.изд.: Т.3). В галерее Поля Гийома состоялась их первая персональная выставка.

С началом Первой мировой войны Ларионов и Гончарова возвратились ненадолго в Россию. Гончарова успела поработать в Камерном театре с А.Я. Таировым, издать альбом литографий «Мистические образы войны» (М., 1914), а в апреле принять участие в последней для себя российской «Выставке живописи 1915 год». Но уже в июне 1915 Дягилев вновь вызывает их для постоянной работы в его «Русских сезонах». Сначала живут в Швейцарии, в 1916 живут в Париже, потом едут в Испанию. Зиму–весну 1917 проводят в Риме, лето – в Париже, где окончательно поселяются в мае 1919.

В начале 1920-х вместе с Ларионовым продолжает активно заниматься оформлением спектаклей у Дягилева и других импресарио, регулярно выставляет свои работы в парижских «Осеннем салоне» и «Салоне Независимых», участвует в международных выставках в Нью-Йорке и Амстердаме, до середины 1920-х принимает участие в организации парижских балóв.

В 1920-е–1930-е Гончарова продолжает заниматься живописью, преподаванием, книжной иллюстрацией, но её известность сходит на нет.

Первая  (во  французский  период)  персональная  выставка открылась в июне 1931. В 1938 Ларионов и Гончарова  натурализовались.  Время  оккупации  Франции немецкими войсками проводят в Париже (1940–1944). Следующая персональная выставка (лучистские работы Ларионова и Гончаровой) состоялась в Париже только в 1948. В мае 1956 – ещё одна монографическая выставка. Незадолго до этого, 2 июня 1956 Ларионов и Гончарова зарегистрировали свой брак.

1940-е–первую половину 1950-х Ларионов и Гончарова живут в бедности. Во второй половине 1950-х их искусство вновь привлекло к себе внимание и несколько музеев купили небольшое количество их работ.

Последняя прижизненная выставка (совместная с Ларионовым ретроспектива) открылась в июле 1961 в Базеле, а в сентябре–декабре – в Лондоне.

Во французский период творчества Гончарова оставляет путь новаторских поисков и «пробует себя» в различных стилях европейской живописи от декоративного кубизма («Испанки». 1923–1924. Частная коллекция, США. Повторение 1925–1926. ГТГ; Центр Помпиду, МСИ) и реализма («Завтрак». 1924. ГТГ) до сюрреализма («Купальщица с собакой». Вторая половина 1920-х – начало 1930-х. ГТГ). В целом её живопись утрачивает прежнюю мощь, декоративно-реалистические тенденции вытесняют былую яркость и красоту. Эти тенденции связаны, вероятно, с ностальгией по родине, ощущением невостребованности и невозможности найти достойное место в окружающей культурной среде.

Последний творческий взлёт – серия абстрактных композиций, посвящённых теме космоса (1958. ГТГ) и вероятно, навеянных запуском в СССР (октябрь 1957) первого искусственного спутника Земли (предположение И.А. Вакар). Гончарова похоронена на кладбище в Иври под Парижем.

Большинство  произведений  Гончаровой  по  завещанию было передано А.К. Томилиной в ГТГ.

 

Литература:

Эли Эганбюри. Наталия Гончарова. Михаил Ларионов. М., 1913;

Я.А. Тугендхольд. Выставка картин Наталии Гончаровой // Аполлон. 1913. №8;

А.Н. Бенуа. Из дневника художника // Речь. 1913. 21 октября. №288;

Россций [А.М. Эфрос]. Выставка картин Н.С. Гончаровой // Русские ведомости. 1913. 1 октября. №225;

А. Ростиславов. Сверкающий талант (Выставка картин Н.С. Гончаровой) // Речь. 1914. 23 марта. №80;

Н.И. Харджиев. Памяти Наталии Гончаровой и Михаила Ларионова // Искусство книги. Вып.5. М., 1968 (переизд.: Харджиев 1997);

Марина Цветаева. Наталья Гончарова (Жизнь и творчество) // Прометей 7. М., 1969;

Tatiana Loguine. Gontcharova et Larionov. Cinquante ans à Saint Germain-des-Prés. Paris, 1971;

Mary Chamot. Gontcharova. Paris, 1972;

Nathalie Gontcharova, Michel Larionov et les collections du Musée national d’art moderne. [Catalogue] Centre Georges Pompidou. Paris, 1995;

Михаил Ларионов – Наталия Гончарова. Шедевры из парижского наследия. Живопись. ГТГ. Авт.-сост. А.Г. Луканова. [Каталог] М., 1999;

М. Ларионов. Н. Гончарова. Парижское наследие в Третьяковской галерее. [Каталог] ГТГ. Авт.-сост. Е.А. Илюхина, И.В. Шуманова. М., 1999;

Н. Гончарова. М. Ларионов. Исследования и публикации. Отв.ред. Г.Ф. Коваленко. М., 2001;

Наталия Гончарова. Годы в России. Альманах. Вып.20. [Каталог] ГРМ. Ст. Е.В. Баснер и др. СПб, 2002;

J.A.Sharp. Russian Modernism between East and West: Natalia Goncharova and the Moscow Avantgarde. New York, 2006;

А.П. Гусарова. [Биография Н.С. Гончаровой] // Каталог ГТГ 2009. Т.6. Кн.1. C.190–191;

Natalia Goncharova. Between Russian Tradition and European Modernism. [Catalogue] Opelvillen, Lübeck, Erfurt. Ed. by Beate Kemfert and Alla Chilova. Ostfildern, 2010;

И.А. Вакар. Наталия Гончарова: эскиз биографии (рукопись).

Архивы:

ОР ГТГ. Ф.180; РГАЛИ. Ф.740; Ф.680 (личное дело); ОР ГРМ. Ф.177.

 

См. также: Список сокращений к «Энциклопедии русского авангарда»

Время публикации на сайте:

11.11.13

Вечные Новости


Афиша Выход


Афиша Встречи

 

 

Подписка



Новые статьи

Новые книги

Система Orphus