Вечное бремя кризиса

Макс Бекман. Ночь, 1918 (фрагмент)Макс Бекман. Ночь, 1918 (фрагмент)

Автор статьи:

Анастасия Векрен

Место издания:

Libération, 25/10/2012, p. VII (приложение Livres)

 

Myriam Revault d'Allonnes. La crise sans fin: essai sur l'expérience moderne du temps. Paris: Seuil, 2012

 

Очередное эссе о кризисе? Скорее, книга о времени и нашем опыте времени. В «Кризисе без конца» философ, проницательный исследователь современных обществ Мириам Рево д’Аллон начинает с утверждения, что кризис завоевал все области жизни: денежные отношения, институциональные, культурные, образовательные, семейные …

Что означает это обобщающее понятие применительно к ним? О чем идет речь? Исследуя понятие кризиса на протяжении разных эпох, автор показывает, что человек развивался в своем отношении к истории и времени. В современном понимании кризис – это чувство бессилия в неустойчивом мире. «Кризис без конца» в первую очередь задает вопросы, но не предлагает на них ответы. Спасительная постановка проблемы, своего рода окно надежды, через которое можно по-новому взглянуть на будущее и подумать о нем с другой стороны.

«Перелом». Сейчас кризис воспринимается как непрерывное состояние, но первоначально под этим словом подразумевалось состояние исключительное. Для греков krisis обозначал, в первую очередь, перелом и оценку. Самое распространенное значение, восходящее к болезни и медицине, — критический момент между жизнью и смертью. Фукидид, наблюдая Пелопонесскую войну, распознавал «кризис». Таким образом он выносил суждение, субъективную оценку события как «перелома эпохи». Кризис и критика одного корня, связаны друг с другом и несут в себе характеристику «переломного».

В XVII веке, «веке критики, которой все должно быть подвергнуто», термин «кризис» приобретает политический смысл. Эта смена парадигмы выявила новый опыт времени. «Новые», охваченные идеей прогресса, обратились лицом к будущему. Но уже Руссо в «Эмиле» предостерегал от искушения полагать прогресс вечным: «Мы приближаемся к эпохе кризиса, к веку революций». С Новым временем утверждается мысль, что историю делают люди, — глубокий разрыв с идеей трансцендентности, характерной для Античности и Средних веков, согласно которой один Бог может определять ход событий. В «Искусстве романа» Милан Кундера подчеркивает, что приход Нового времени сопровождался разрушением однозначности: «Понимать вместе с Сервантесом мир как многозначный, быть готовым к встрече с целым множеством противоречивых и относительных истин вместо одной абсолютной, быть уверенным лишь в одном – что не уверен ни в чем, требует немалой силы».

В обществе, где царит неуверенность, с прогрессом в качестве движущей силы, переломные моменты от Гегеля до Маркса понимаются как необходимые для исторического развития. Кант видел в современности скорее постановку проблемы, критическое положение, побуждающее человека к рефлексии, осмыслению своего существования в мире и его оправданности. Проект модерна предполагает в своем роде объявление войны прошлому и традиции, которой неизбежно сопутствует кризис. Как объяснить, что война стала состоянием «нормы», в котором прогресс растворился где-то на горизонте? Рево д’Аллон различает модерн «торжествующий», где царит прогресс, и «современный», понимаемый как время без обещаний.

 «Пропасть». Травмированные ужасами XX века и отклонениями от пути прогресса, скованные неуверенностью, мы живем в отмеченном бессилием «вечном настоящем», в котором кризис означает, «что больше нечего решать». Хартмут Роза заимствовал у Поля Вирилио выражение «движимая неподвижность», оксюморон, подчеркивающий, что, несмотря на скорость, ничто не меняется. Немецкий социолог дошел до выдвижения гипотезы «безудержной гонки к пропасти», апокалипсического кошмара на фоне современного прогресса.

Мириам Рево д’Аллон не выходит за рамки здравого смысла и напоминает, что «настоящее всегда неясно самому себе». Она видит в кризисе, «абсолютной метафоре нашей эпохи», потребность в новом начале, принудительную положительную силу. «Жить – ”это значит уже быть родившимся в условиях, которые мы не выбирали“, и может быть, именно это есть та точка отсчета, с которой ”мы можем начать двигаться в новом направлении”», говорил Поль Рикёр. Если неясность смысла «кризиса» соответствует неясности мира, следует выбирать свой курс, чтобы разглядеть возможность острова.

Время публикации на сайте:

24.12.12
Твитнуть
Серф

Новости


Афиша
Встречи


Афиша
Выход

Генеральный партнер