Белая кровь политических вен

Фото: nyhetsspeilet.noФото: nyhetsspeilet.no

Автор статьи:

Михаил Бутов

 

 

Питер Дейл Скотт. Наркотики, нефть и война. США в Афганистане, Колумбии и Индокитае. – М.: Кучково поле, 2012

 

Был такой довольно отвратительный фильм с Томом Хэнксом – «Война Чарли Уилсона». Там американский конгрессмен поехал в Афганистан, увидел, как звери-русские разбрасывают повсюду заминированные детские игрушки, после чего пробил программу поставок моджахедам «стингеров», которые были на тот момент весьма передовым видом оружия. Как бы официальная американская точка зрения такова, что именно появление «стингеров», сковавших советскую авиацию, привело в конце концов к тому, что СССР вынужден было вывести войска из Афганистана. Для нас-то достаточно очевидно, что прямой, во всяком случае, связи здесь нет, а вывод войск был ускорен в первую очередь политическими процессами внутри СССР. Но в Америке мнение, что русских «принудили к миру» именно «стингеры», более чем широко распространено.

Насчет русских заминированных игрушек есть серьезные сомнения, а вот конгрессмен Уилсон действительно существовал. И действительно добился снабжения моджахедов современным американским оружием (поставки начались в 1983-м). Но вот результат, по мнению Питера Дейла Скотта, получился вовсе не такой благостный, как считается. Во первых, Дейл Скотт все-таки находит едва ли не единственное противное общему заключение американского политолога, рассуждавшего не просто так, а изучавшего документы нашего Политбюро: никакой роли «стингеры» в выводе советских войск вообще не играли. Более того, Уилсон добился их поставок вопреки сильному сопротивлению ЦРУ и военных, которые опасались того, что в конце концов и произошло. Образцы «стингеров» попали к советским военным, некоторое их количество было продано в Иран «стражам исламской революции», и в середине 80-х из этих комплексов стреляют по американской военной технике в Персидском заливе; а затем, уже во время войны с талибами (хотя до этого ЦРУ годами тратило большие миллионы, пытаясь их обратно скупить) не позволяют теперь уже американским самолетам покидать большие высоты. Про это в глупом пропагандистском фильме «Война Чарли Уилсона», конечно, ничего нет. И про наркотики нет тоже. А они, по мнению Дейла Скотта, в подобных историях всегда рядом. Собственно, на них-то все и стоит.

После окончания войны во Вьетнаме, резко сократились приток и потребление героина в США. Главным образом потому, что наркотики перестали доставлять в Америку из зоны «золотого треугольника» (на стыке Таиланда, Бирмы и Лаоса) транспортными самолетами, обслуживающими нужды армии. В середине 70-х как итог многолетней засухи производство героина в «треугольнике» сокращается в разы. Природа не терпит пустоты – и опиумный «центр тяжести» перемещается в «золотой полумесяц» - Афганистан, Иран, Пакистан. В конце 70-х здесь появляются русские (как будто нарочно подыгрывая чаяниям З. Бжезинского, который после падения шахского режима в Иране рассуждал об американском вторжении в Афганистан - оно должно было бы спровоцировать советскую реакцию, связать советские силы в горной и практически не поддающейся оккупации стране – и лишить СССР возможности броска на юг через Иран – вот такая реальная геополитика).

Начинается военная помощь моджахедам, ЦРУ получает неоспоримый повод развернуть здесь весьма масштабные игры. А итог их Дейл Скотт видит вовсе не в «поражении» русских. До 1979 года афганский героин довольно редко попадает в США. Уже через год, по официальным американским данным, он составляет 60 % от всего героина, поступающего в Америку. Спустя еще почти десять лет в Афганистане производится 70 % всего мирового героина. И доставляют его на соответствующие рынки наследники тех самых моджахедов, которых в 80-е финансирует, вооружает и поддерживает ЦРУ.

Но есть и еще продолжение. Как известно (только не американской широкой публике), талибы, исполняя международные требования, ввели тотальный запрет на разведение в Афганистане опиумного мака. «Северный альянс», на который американцы будут опираться, воюя с талибами, восстановит производство на своих территориях в кратчайшие сроки. Именно после этого афганский героин станет «кровью», которая потечет по жилам больших – очень больших, уже международных, едва ли не всемирных - криминальных структур, объединивших прежние национальные и региональные.

История со «стингерами» и Чарли Уилсоном занимает в книге совсем маленькое место. Но она, с одной стороны, широко известна благодаря фильму, а с другой – последствия ее типичны, по мнению Дейла Скотта, для американской «deep politics» - «теневой политики», для сценариев американских прямых и косвенных интервенций.

Позиция Дейл Скотта такова: во многих конфликтах, имевших место после второй мировой войны, и особенно в тех, что происходили в важных нефтедобывающих регионах или в непосредственной близости от них, «боевые действия опирались на ту же инфраструктуру, что используется и для обеспечения международного наркотрафика». «Именно готовность американцев обучить, вооружить и финансировать своих союзников-наркоторговцев в расчете на их помощь в защите нефтяных ресурсов за рубежом стала одним из факторов, способствовавших колоссальному росту потребления наркотиков в мире».

Дейл Скотт неоднократно утверждает, что не считает, что такого рода политика полностью осознанно проводится правительством. Это не теория заговора. «Теневая политика», по Скотту, не является неким истинным смыслом фиктивной «публичной политики», существующей лишь для маскировки. Скорее речь идет о «параллельных» действиях лобби и ЦРУ, способных представлять – порой используя прямую дезинформацию – их результаты в выгодном для себя свете. В конце концов, для того, чтобы создавать экспертные группы и заниматься анализом связи между действиями ЦРУ и наркотрафиком – прежде должен поступить некий запрос. А для возникновения запроса нужно некоторое предощущение, что такая связь существует. Между тем отработанные сценарии и устоявшееся общественное мнение, шаблоны «хорошие-плохие» всячески осознанию возможности такой связи препятствуют.

В Америке действительно мало кто знает (во всяком случае, так утверждает Дейл Скотт), что талибан фактически уничтожил главное мировое героиновое производство – «плохим» талибам такие действия просто не подходят. Зато прямо противоположная картина в отношении, например, никарагуанских «контрас», которых порой представляли именно как союзников в антинаркотических операциях. Еще в 50-е одним из главных мировых поставщиков наркотиков объявлялся коммунистический Китай, а отнюдь не Чан Кайши. Дейл Скотт считает, что один и тот же сценарий с опорой на наркодельцов, осуществлявшийся уже многократно, всегда приводит к одинаковым результатам. Проходит какое-то время – и оказанная им американская военная помощь часто обращается против самих американцев, а количество ввозимых в США наркотиков увеличивается в каждом случае. Более того – ЦРУ давно уже находится в зависимости от международной наркоторговли.

Питер Дейл Скотт – даже не политолог. Он бывший канадский дипломат, работавший в Варшаве на рубеже 50-х – 60-х. Тогда происходил конфликт в Лаосе, в который вмешались американцы, это много обсуждали, а молодой дипломат, анализируя информацию, уловил и действие тайной наркотической «пружины», специфическую роль получившей военный заказ как бы частной, а на деле принадлежащей ЦРУ авиакомпании. Эту тему он будет «раскручивать» впоследствии всю жизнь, и напишет об этом, уже будучи профессором филологии в Беркли (скорее всего, профессором с левыми взглядами), десяток книг. Все основные их темы представлены и в этой – собственно, в нее входят в переработанном и приведенном в соответствие времени виде даже целые главы из прежних (и даже довольно давних, еще из 70-х) работ. В центре внимания Дейла Скотта всегда оставались конфликты в Лаосе, Камбодже, война во Вьетнаме, Афганские войны, политика США в отношении Индонезии, Колумбии, Никарагуа. Слово «нефть» в название добавлено скорее в целях завлекательности – дальше утверждений, что все, о чем он пишет, происходит в потенциально интересных с нефтяной точки зрения регионах и нефтяное лобби принимает активное участие в игре, дело не идет. Концентрируется Дейл Скотт именно на наркотиках.

Все, что есть здесь о Советском Союзе и о России, можно передать ровно в трех фразах. Американцы неоднократно оправдывали свое стремление контролировать международный наркотрафик (если это можно назвать контролем), тем, что иначе его будут контролировать и извлекать из него пользу русские и прочие коммунисты. ЦРУ утверждало, что уже к концу первой афганской войны ими были налажены поставки героина в советскую армию и «русской мафии» (хотя какая такая русская мафия, доставляющая в больших масштабах героин, могла бы тогда существовать без соответствующего контроля?). И наконец, нынешняя «русская мафия» является составной частью той самой большой международной криминальной структуры, в основе которой лежит всемирный наркотрафик.

Можно ли доверять информации Дейла Скотта? Ну, тут общий вопрос – а какой вообще можно, тем более в политическом рассуждении? И сегодня, и раньше было? Но ракурс здесь, безусловно, интересный. Дейл Скотт крайне критично относится к «архивным» исследованиям, считая, что официальные бумаги в целом всегда тенденциозны, учитывают лишь то, что предпочтительно для учета. Его метод – что-то вроде действия «аналитика» из шпионского кино (он, кстати, и работал в 80-е в аналитической группе): поиск данных, в свое время сознательно или нет не замеченных, не принятых к сведению; отдельных, идущих не в «общем строю», публикаций в прессе, мнений исследователей и т.д. Отвергнутые камни во главе угла. Недаром одну шестую часть книги составляет именно перечень источников – к указанию едва ли не каждого из них автор вынужден давать более или менее пространный комментарий.

Этой книге, способной составить маленькое счастье русского читателя из тех, кто точно знает, что именно США виноваты во всех мировых бедах, несколько не хватает журналистского начала и грамотной редактуры. У нее смутная композиция – это не «длинная мысль», и даже не одна идея, прослеженная в разных воплощениях, а, скорее, циклическое возвращение к одному и тому же материалу: Вьетнам, Афганистан, Лаос. Колумбия и Камбоджа возникают в разных главах без четкой системы – но цифры, имена, детали все же не повторяют, а дополняют друг друга. Только вот к чему-то конкретному в ней потом вернуться, что-то отыскать – целая проблема.

Да, Питер Дейл Скотт еще и поэт. Его самое известное сочинение – большая «поэма о терроре» «Прибытие в Джакарту» посвящена гражданской войне в Индонезии в 1965 году и написана в регулярной просодии, что само по себе примечательно.

Время публикации на сайте:

27.12.12
Твитнуть
Серф

Вечные Новости


Афиша
Встречи


Афиша
Выход

Подписка на журнал


Читать @moreboru

Новые статьи

Новые книги

Система Orphus
Генеральный партнер